В память С.П. Капицы

Не стало на свете моего друга, человека, которого я безмерно уважал и любил. Время, проведенное с ним, останется в моей памяти навсегда, как и его прекрасный юмор, его алгоритм мышления, его мудрое, а потому, порой, грустное видение мира. Однажды он сказал, что нас роднит с ним одинаковое отношение к людям... Мы действительно прониклись друг к другу уже при первой встрече, которая состоялась у меня дома. Он просто взял и приехал...


И не раз я снова убеждался в нелинейности человеческого счастья, глядя, как он, выпестованный жизнью, тяжело хмурится, слушая мою печальную флейту....

В юности я особенно много проявил усилий, обучаясь искусству декламации стихов. Я помню на слух всех известных актеров того времени, талантливых и менее талантливых, кто пытался утвердить себя в этом сложнейшем жанре, но так и не встретил того, кому бы смог позавидовать. У чтеца, в отличие от музыканта нет нот, и, как правило, это приводит к ошибке кажущейся свободы, права на интонационную интерпретацию, свое мнение, то есть, права на соавторство. Вот они и стараются, каждый по своему... любуясь собственным голосом и эффектно демонстрируя его. Но эти свободы допустимы лишь к посредственным стихам. По настоящему хорошие стихи не оставляют дилетанту ни малейшего шанса. Ибо настоящее искусство чтения предполагает способность исполнителя к его полному соподчинению трансцедентной сущности стихотворения, формирующей идеологию, темп, ритм, и даже дыхание исполнителя.

Когда читает стихи настоящий мастер, о нем никто и не вспомнит…

Я читал моему другу, хорошие стихи, и он расстраивался еще больше…

.....

Мне слышать стало нестерпимо

Прохожих свист и смех детей...

И я спешу, смущаясь, мимо,

Не подымая головы,

Как будто не привыкло ухо

К враждебным ропотам молвы,

Растущим за спиною глухо;

Как будто грязи едкий вкус

И камня подлого укус

Мне не привычны, не знакомы...

Но чувствовать еще больней

Любви незримые надломы

И медленный отлив друзей,

Когда, нездешним сном томима,

Дичась, безлюдеет душа

И замирает не дыша

Клубами жертвенного дыма.

И убеждал меня по- детски: «О Вас пишут, а о них не пишут, вот они и сердятся...»

И еще, ему до смешного трогательно нравилось, что наша с ним фотография размещена на ВИП этаже гостиницы «Метрополь». Там висят фотографии очень больших знаменитостей, что посетили эту гостиницу и проживали на третьем этаже. И вдруг он, да я...

"С В.И. Петриком я встречался в СПб месяца три тому назад. Он пробивной и талантливый изобретатель со сложной биографией" - так осторожно, со слов Е.Б. Александрова ответил Сергей Петрович, когда атака на меня только начиналась.

Пару лет назад мне сказали, что и его сумели склонить против меня. Читать я не стал..

Яндекс.Метрика '