Виктор Петрик: в тот раз меня убил махараджа.

Они шли мне навстречу в пурпурных и белых шеранга   из  индийской шерсти,    по выражению   Геродота,   еще более красивой и доброй, чем сама овца. Мужчины держали головы прямо, а их походки были царственны, как  и подобает индусам.

Особенно  поражали   женщины, в их чарующих, разноцветных, несшитых   одеждах.   Вот    одна из них,   так и возвышается  над другими,  сплошь  окутанная     белоснежным  сари:  «из времени невидимой спирали», - вдруг  захотелось присвоить чужую рифму… Но уже  в следующую  минуту услужливая память    уносила  меня к  древним страницам  Вишну – пурана,  в поисках описания пяти оттенков  белого, созданных самой природой...  и я безошибочно определил: в большом зале Московского вокзала, сквозь противоречивую, неопрятную толпу проплывало  «августовское облако, что  после дождя».

Я вспоминаю и поныне, твои воздушные следы,

В толпе угрюмой как пустыня,

Когда как в стужу сердце стынет,

Я вспоминаю и поныне

Твои воздушные следы…

Мое,   видавшее виды  подсознание,  рванулось  куда-то за  пределы из без того условно установленных   границ,    нашептывая странные,   причудливые слова,  вырванные   в спешке   из каких - то  давно позабытых источников:    

“Гипту, кормилицу Вакха, кричащую "эйа", я кличу, - Силой благую пестунью зову Диониса — тебя, Левкотея!  Усмирите  титана…».   И осознав, вдруг,  что    все это  вообще из другой оперы,  смущенно смолкает.

Но, по  прежнему  никем не сдерживаемое,   снова устремляется сквозь сутолоку тысячелетий, почти к самому началу  событий:  вот возлежащая напротив смуглая красавица, вся  в россыпи  жемчужин и  кораллов,  индийская царица,   а рядом  та,  другая, из  страны, что вечно в белое одета....  В тот раз меня убил  махараджа, но к счастью все обошлось. 

И  глядя на них, чья сакральная   философия, музыка и религия прошли сквозь всю мою счастливую юность, я вдруг подумал,  - как много,  как непомерно много,  было дано моему сердцу  в текущей инкарнации! 

Они приближались, и мой разум постепенно успокаивался,  переходя на привычный псевдонаучный алгоритм мышления.   

В тот первый наш  вечер,   вместо скучной науки,  я говорил с ними о том главном, что есть    в жизни каждого индуса, о любви, о моем новом открытии, название которого, даже для них,  прозвучало излишне   пафосно:  

«Свойство живых систем выраженное в предпочтительной избирательности половых пар по принципу взаимно однозначного соответствия их эволюционных признаков». 

Любовь.

 Если бы мир не эволюционировал, нам не стоило бы больше беспокоится о человечестве.

Далай – лама Тенцзин Гьяцо.

Человек, как вид,  стремительно эволюционирует, это не подлежит никакому сомнению.  Об этом,  грустно свидетельствуют  молчаливые  эталоны женской  красоты прошлого столетия,   что сохранились  на страницах пожелтевших американских журналов…   Но и за последнее время  что – то сильно изменилось в жизни самок homo sapiens.  Они стали целеустремленно совершенствоваться, все как одна, независимо от расы и континента: спорт, изучение, философия –  даже некрасивые, и те стали красивыми. Порой кажется, что они что –то задумали…

А про Дарвина скажу так: устал я…

Еще одним наглядным доказательством эволюции  человека являются, давно набившие оскомину, средневековые рыцарские доспехи – предметы  самоутверждения современных  мужчин.  

А ведь  по мизерным меркам  человеческой жизни, от  сообщаемых   событий нас отделяет всего лишь несколько поколений! Могло ли человечество с помощью, так сказать, естественного отбора, на основании   пары-тройки сочетаний, удлинить себя почти на целый метр? Полноте, дарвинисты! И я решительно  отвергаю   пошлое утверждение, будто бы при формировании брачных пар доминирующими признаками  являются размеры.    

Колыбель вероятности и непреодолимая стрела эволюции.

Над украшательскими нишами,

строга вдвойне,

демонстративно нищая,

стрела в стене…

Человечество, как вид,  эволюционирует.  От первично общинного, рабовладельческого, феодального, капиталистического и  до того светлейшего, названного впопыхах великим предсказателем жизни К. Марксом  «коммунистического», которое и  обеспечит жизнь сверх человека – счастья всем, счастья каждому, счастья поровну.

И  ведет нас к  этой цели известная триада:  жизнь,  геном  и  смерть  – день за днем, год за годом, взращивая, пестуя, собирая по частицам в своих светоносных глубинах будущего сверхчеловека. Главными задачами этой хорошо темперированной троицы  является сохранение всякого индивида, как носителя генофонда (вот почему, суицид, чаще всего оказывается не простым делом) с целью передачи и  фиксации в потомстве его филогенетических и онтогенетических, полезных для вида  признаков.   

Еще одна особая задача триады - не подпустить и близко к этому процессу охамевшего, непомерно возбужденного собственным достоинством  человека, не дать ему порушить вековую  стрелу эволюции  какой ни будь очередной, вздорной технической выдумкой!

С помощью какого же механизма происходит передача  и закрепление в потомстве    полезных  для вида признаков,   носителями  которых является каждый отдельный индивид? Такой механизм единственный –  наличие взаимно однозначного   соответствия определенных   эволюционных признаков   у брачующихся пар.    Ответственность за ассортативность браков лежит на плечах генома.  Для выполнения этой главной задачи   он обзавелся  безупречными  механизмами обнаружения и фиксации  пар – в его распоряжении имеется отменная химическая фабрика, носителем  которой является каждый индивид,  и психофизическое состояние под названием любовь,  обеспеченное хорошо подогнанными  нейромедиаторами. 

 Из  моих наблюдений: любовь взаимна.

Короче – как только геном обнаруживает ту, которая, как и будущий ее избранник, обладает, к примеру,  отменной пространственной ориентацией, или отличным слухом, что позволит раньше других услышать тяжелое дыхание крадущегося к пещере саблезубого тигра, или же чуть быстрее других дамочек соображает, что к чему, как тут же геном вбрасывает счастливой парочке райский букет энкофелинов, эндорфинов и еще много чего, что беспокойным ученым  и не снилось…  

И вот уже их учащенные сердцебиения свидетельствуют насколько все запущено и как велика их ответственность…  

А дальше как по писанному «и прилепится жена к мужу...». Ибо на женщину в этом мире возложена особая миссия. 

Механизмы взаимоотношения с внешним миром  мужской и женской особей намного более  различны, чем принято считать. В преддверии хороших климатических событий самка шакала рожает одного – двух детенышей. В предчувствии  засухи  не менее шести семи – из того расчета, что хоть один да выживет.   Самцу и в голову  такое не придет… 

Но и та любовь, что в животном мире, казалось бы,  таком безнравственном мире, тоже поражает – здесь  кодекс любви исполняется с еще большим усердием, чем у извращенного   интеллектом человека.  Вот  волчья жена, не обремененная выбором, уходит в ледяную пропасть вслед за мужем изгнанным из стаи новым лидером, или подросшими сыновьями.  В моногамном животном мире не бывает разводов: их сковала все та же сила – стрела эволюции.  Они верны друг другу до самой, что ни на есть, реальной  смерти.

Того,  кто отмаялся,  ждет смерть быстрая и неминучая…

Что бы продлить жизнь индивида, геному  нужны  весомые аргументы.

Старение  и смерть есть универсальные механизмы, необходимые для поддержания стрелы эволюции – быстрая смена поколений обеспечивает формирование новых признаков и появление более совершенного потомства. И еще – повреждение генома неизбежно накапливаются с возрастом. Поэтому своевременные инсульты и инфаркты  являются  основными   механизмами  самозащиты генома. 

Итак,  смерть, что бы была жизнь. Умереть, что бы спастись.

Но и   понимая эту  неизбежную последовательность,  большинство из  живущих продолжают  надеяться на чудо:  вынашивают планы – уйти из этой жизни, но как нибудь иначе, не через смерть…

Кто  понимает  мир,  не   меняет  его.

Недовольным  полезно  знать, что смерть, это изумляющее своей простотой и надежностью изобретение жизни, ее вечная пособница -  и вообще, они не плохо спелись, действуют… Это знание способствует смирению.

Что снится мужчинам в России – проголодавшаяся жена…

Американские ученые ранжировали  физиологические показатели вызванные  следующими стрессами:  гибель многих сотен людей в результате авиакатастрофы, гибель близкого друга, смерть родителей, смерть собственных  детей, смерть супруга.     

Результаты этих хамских исследований поражают даже не подготовленных - самый высокий стресс наблюдается вследствие потери супружеской половины! Геному (назову его пестун) нет дела до нравственности…  

Может любимую стебли-травинки всю исхлестали, покуда ждала...

Итак, психофизическое состояние, которое захватывает эндокринную, нервную, сердечнососудистую системы,  известное под названием любовь, это и есть главный эволюционный механизм.  Но в реальной жизни простому индивиду нелегко  встретить свое соответствие, носителя аналогичных эволюционных свойств – ареал его активности, как правило, достаточно ограничен. Вполне возможно, что она, единственная, с которой  бы случился земной рай,  прошла по этой тропинке часом раньше... И вот уже они не родили гения…

И определившись,  наконец,  с собственной миссией, которая мне вменена в данной инкарнации, я разработал наилучший механизм поиска и обнаружения противоположного по полу носителя присущих конкретному индивиду  уникальных, эволюционных  свойств, которые будут инициированы в передачу потомству с помощью формирования между избранными, наиболее известного и наименее изученного психофизического состояния под названием любовь.  И каждый сможет найти того  единственного  в масштабах  земного сообщества, с кем и был бы земной рай… 

В ответ на мой вдохновленный рассказ,  индийская знаменитость, главный ученый, носитель всех мыслимых и немыслимых  правительственных  наград,  доктор Бхаткар тихо возразил: «В Индии  это не пройдет, в Индии каждый знает, что любовь, это от Бога». 

И вот, то мое драгоценное юношеское время, что было истрачено  на изучение Упаниш, оказалось не напрасным – я нашелся почти сразу. Я рассказал индусам, ставшим вдруг еще  более внимательными, случай из жизни всем известного Аль Капоне. На вопрос, прощает ли он когда ни будь виновных, Аль Капоне ответил: «Бог простит, наша же задача, что бы они поскорее встретились…».   

И умный доктор Бхаткар, все понял. Он подошел, обнял меня, и сказал мне тихо на чистейшем хинди,  что-то очень, очень приятное…

Вглядываясь в доброжелательную вселенную, он шевельнул тестикулой…

Итак, геному нет дела до нравственности: у него другие первостепенные задачи – обеспечить, соответствующую   изменчивым  внешним условиям,   смену поколений.   

Отсутствие  нравственных ограничений позволяет человеку использовать любые, в том числе и наихудшие поступки в борьбе за  главную цель – достижение предназначенной   половины.   Более того,  геном такие поступки   поощряет,  награждая, как правило, исполнителя, в том числе и  за всякую подлость, изрядной  дозой  серотонина. 

Но, по этой же причине, на данном этапе развития вида,  геном запрещает человеку проявление   сверх способностей - открывшаяся вдруг телепатия мгновенно порушила бы большинство, с таким трудом создаваемых, семейных пар.

Размышляя об этом, и вглядываясь в доверчивые лица индусов,  я вдруг почувствовал, как меня  снова накрывает хорошо знакомое состояние - разрешение на вторжение в  чужую психику, полученное тысячелетием раньше в результате какого-то сбоя  в структуре моего генома.   

И погрузив, незаметно, моих  теперь  уже  единомышленников   в  глубокий, волшебный   сон,  я  заселил в их сердца  любовь – то чувство, которое  по другому ко  мне невозможно…   

                                 

 

Яндекс.Метрика '